Фадееы в гостях у Гоблина: разведопрос о бизнесе в России

Приготовил для этого «разведопроса» большую подборку мемов, хайповых новостей и весёлых вирусных роликов... 

А в итоге пришёл в Тупичок, сел перед камерой Дементия и решил выступить экспромтом: поговорили с Дим Юричем о судьбах бизнеса в России и его перспективах. Вспомнили 90-е... Всплакнули...

В ролике рассказывается, почему жить, как в девяностые, уже не получается, из-за чего разоряются крупные компании, почему эпатажные бизнес-джигиты нулевых остались у разбитого корыта и кто будет процветать в 20-х годах XXI века. А ещё я по ходу дела немного разоблачил некоторых «героев» IT-индустрии прошлых лет.

Смотрите до конца. Длинновато, зато от души!

Текстовая версия ниже. Для тех, кому лень смотреть часовое видео, и тех, кто лучше воспринимает визуально, а не на слух.

---

Д.Ю.: Я вас категорически приветствую, Михаил!

М.Ф.: Здрасьте! Давно не виделись, три месяца прошло.

Д.Ю.: Да! Какие результаты за три месяца?

М.Ф.: Ой. Всё как обычно: много комментариев, всё читаю, с кем-то даже спорю, отвечаю. Ну вот что-то как-то не знаю, хуже зашла предыдущая тема. Потому что было очень много интересных, веселых историй. Людям было интересно, люди веселились. А вот негатива было меньше, чем на первом моем разведопросе. Меня это, если честно, расстроило. Потому что мы прошлый раз говорили о том, что отсутствие реакции — это самая плохая реакция.

Д.Ю.: Почему?

М.Ф.: Потому что в интернете есть два типа реакции: либо люди «срут кирпичами», либо всем всё равно. И если люди не «срут кирпичами», значит, видимо плохо зашло.

Д.Ю.: А может им не все равно? Может им понравилось? Человек, которому понравилось, ничего не пишет.

М.Ф.: Это да, есть такое дело! Потому что пишут в основном те, кому ничего не нравится. Ну, тем не менее, мне показалось, что мы в общем, в прошлый раз «перегнули» сторону в какие-то веселые истории про то, что вот хайп…

Д.Ю.: Вместо того, чтобы подпалить очередную тысячу жоп!

М.Ф.: Да, вот именно! То есть кто-то вот тут нахайповал, там нахайповал, это все это конечно смешно и весело. Но ко мне, например, пришли потом уже в личку, с моего сайта. И говорят: «Ты очень много говоришь у Дмитрий Юрича про всякие веселые, жизненные истории, про рекламу, тпро то, что не эффективно сделано, про то, как кто-то там обосрался. А ты расскажи вообще, что в бизнесе-то происходит, что бизнесу-то со всех этих хайпов? Где тут деньги, как это заработать на всем этом?»

Д.Ю.: Действительно, Михаил! Расскажи, как оно в бизнесе?

М.Ф.: Думающая, интеллектуальная публика очень любит поныть в последнее время: что у нас бизнесу плохо, что его душат, жизни не дают. И вот сейчас я несколько тем бы хотел затронуть как раз на стыке того, что такое хайп и зачем он нужен бизнесу. Что вообще с бизнесом происходит?

Из интересных вещей, которые мне за последние три месяца очень бросились в глаза — очередная сходка инфобизнесменов, «инфоцыганов». У нас есть несколько ведущих «инфоцыганских» компаний в России, например, «Бизнес молодость», школа «Синергия». И тема эта популярнаа нынче в совершенно разных кругах. Я же «копаю» достаточно давно уже эту тему и смотрю, чем эти люди занимаются, кто у них учится, чему эти люди учатся, зачем они это делают. И вот, как оказалось, очень много действительно вменяемых, интересных людей, которые делают реальные, полезные вещи ходят к инфоцыганам на «Бизнес молодость».

Тони Роббинс инфоцыган. Мем прикол цитата тони роббинса

У меня, вот, например, за последние полгода возникло три или четыре потенциальных клиента, которые честно говорят, что они ходили на «Бизнес молодость». Хотя в моем понимании «Бизнес молодость», ну это, не знаю, развлечение домохозяек. Потому что ну что такое это вот бизнес образование? Предпринимательские курсы, все эти вебинары — это для людей, которые хотят быстрого успеха. Люди хотят, мы об этом уже говорили, люди хотят волшебную кнопку, чтобы нажал и полетело. И они этого гарантированно не получат.

Нынешнее «бизнес образование» на самом деле, идет по пути не того, чтобы собирать какой-то опыт, концентрировать этот опыт, углублять его, давать реально полезную информацию и навыки, а по пути развлечения и перфоманса. Раньше в ВУЗах кто преподавал? Профессора, которые преподавали в ВУЗе, и тут же шли делали научную работу, без практики. Ну, как вариант, это были люди, у которых есть практическая научная деятельность и у них есть преподавание, то есть они совмещали одно с другим.

А сейчас одно от другого окончательно ушло. То есть допустим, ко мне регулярно приходят, я даже просто замучался, особенно после наших передач, от людей, которые приходят и говорят: «Расскажи, как нам, что нам делать со своим продуктом».

Вот уже грех на душу взял, буквально три дня назад, проконсультировал дамочку какую-то, за пятнадцать тысяч рублей. У неё есть какие-то элитные свитера, из шерсти каких-то, очень модных животных, и она пытается эти свитера продавать за какие-то безумные деньги европейским толстосумам и толстосумам СНГшным и китайцам.

Она совершенно не понимает, за что взяться, хотя у нее в голове куча идей и все не структурировано. Продукт она понимает, как сделать, как его спозиционировать она тоже плюс-минус понимает, кто у нее будет покупать — она уже не очень хорошо понимает. А как это всё в некую структуру собрать, что за чем стоит и как ей последовательно развивать этот бизнес, она не понимает вообще.

Мы с ней проговорили два часа, я ей надавал очень много советов — определили, кто её целевая аудитория, определили, что всё-таки её свитера покупать будут не европейские толстосумы, не аристократические фамилии, не миллиардеры из Европы, а все-таки СНГ, Россия, Украина, Шанхай и Дубай.

Потому, что как выяснилось, европейские люди они более практичны. Например, вот Украина от России очень сильно чем отличается? Тем, что там немножко другое отношение к деньгам. Это я сейчас немножко перейду к этому попозже. И люди в Европе не привыкли расходовать много денег на понты. Они живут с идеей, что всю жизнь нужно тяжело трудиться, зарабатывая деньги, но ни в коем случае их не транжирить. То есть деньги нужно инвестировать в какие-то новые производства, новые технологии, чтобы деньги делали деньги, но при этом не тратить эти деньги. Поэтому…

Д.Ю.: Не тратить на всякую фигню!

М.Ф.: Да на что угодно! Она говорит, она сама живет где-то там в горах, в Швейцарии, и рядом с ней живет какой-то дядька мультимиллиардер. И у него дети одеваются в поношенную одежду, которую дарит соседка, у которой дети уже выросли. И миллиардер не это считает зазорным. Потому что зачем? Если вещи хорошие, если вещи, ну, не самые дешевые.

Д.Ю.: Трезвый взгляд, в общем

М.Ф.: Трезвый взгляд! Можете представить, чтобы какой-нибудь мультимиллиардер в России, Украине, или где-нибудь в Шанхае, своих детей в поношенную одежду наряжал? Поэтому, да, люди там, в Европе, они не купят свитер из эксклюзивной шерсти за две тысячи евро. А вот люди в Шанхае, люди в Москве, люди в Киеве…

Д.Ю.: Вполне.

М.Ф.: Вполне! Типа: «У моего ребенка самый теплый свитер из самой эксклюзивной шерсти и целых две тысячи евро стоит!»

И еще один момент, ну, наблюдение, которое я сделал после одной из наших прошлых встреч. Ко мне пришел один очень интересный потенциальный клиент из Украины, мне даже пришлось туда попробовать поехать, мы туда с приключениями добирались. И вот меня поразило, что этот мужчина, достаточно интересный, достаточно креативный, продуктивный, то есть действительно полный сил, молодой мужик, у которого бизнес в одном из городов на Северо-Востоке Украины, ездит на Range Rover. Но бэушном, или с большим пробегом, больше, ста тысяч километров, я специально посмотрел. И на газу. Ренджровер на газу!

Д.Ю.:  Экономит, да?

М.Ф.: Нет, он это просто и чётко объясняет. Говорит: «А зачем? Газ намного дешевле, а разницы нет». Я в этом особо не разбираюсь, просто его слова пересказываю: «Двигателю с большим объемом всё равно чего жрать, бензин или газ, ездит одинаково». Я не претендую на то, что его слова — это 100% правда. Зачем тратить деньги, когда эта машина хорошо ездит, у нее нормальный, комфортный салон, она комфортно разгоняется, быстро, у нее хорошие характеристики, она нормально удовлетворяет всем потребностям. Зачем тратить деньги на новые «понты»?

Вот это — подход европейца. Насколько я вижу, в последние годы Украина идет как раз по этому пути. В России этот путь у людей возник в голове только в четырнадцатом году. Сейчас очень многие кричат, что в России стало очень плохо, покупательная способность падает, денег у людей нет, и так далее и тому подобное. Опять-таки, самая главная тема —бизнес умирает.

Да бизнес не умирает, просто бизнес немножко стал другим, бизнес на ходу меняется, потому что люди, которые раньше эти деньги разбрасывали на право и на лево, каждые два-три года покупали новую машину, потому что старая надоела. Они стали думать, как те самые рациональные европейцы: «Зачем мне менять машину, если эта нормально ездит? Зачем мне вкладываться в пафосную, креативную рекламу, когда она моему бизнесу ничего не дает?».

Я вижу, что с четырнадцатого года вот это мышление рациональное очень сильно стало влиять на бизнесы, то есть и бизнесы пошли совершенно другие. Ещё три-четыре года российские бизнесмены, обращавшиеся ко мне, были в основной своей массе людьми из девяностых. Они когда торговали, там, лесом, металлом, нефтью, металлоломом, где-то, чего-то там, вплоть до того, что какие-то шмотки китайские возили и на Черкизоне продавали. Заработали денег и по инерции они думают, где бы ещё чего-нибудь купить по дешевке и продать подороже. И для них маркетинг, на самом деле, вторичен, потому что они всю жизнь жили, вы знаете, как эти, перепродавцы с рынков — челноки-барыги.

Д.Ю.: За два купил, за четыре продал! На эти два процента и живёшь…

М.Ф.: Вот очень хороший пример, все очень любят Женю Чичваркина в пример приводить успешного успеха в бизнесе.

Д.Ю.Только хотел тебе в пример выкрикнуть.

М.Ф.: Да, да, да! Я просто с Чичваркиным какое-то время работал, на прямую, но я лично с ним был знаком. Женя очень интересный, очень специфический товарищ, но это человек из девяностых. Вот почему он сейчас…, в том числе он один из тех, которые ездят учат, как делать бизнес, но в Россию он не заезжает, потому что-все, время таких людей, как Чичваркин, как Полонский, время таких людей прошло.

Евгений Чичваркин Евросеть футболка Путин Маржа где

Как их называл мой тогдашний начальник, люди, которые привыкли делать «бизнес-джигитовку». То есть он выбежал вперёд. Лезгинку станцевал, ых-ых-ых, с наскока пошел, шашкой все порубил, все перепугались, разбежались, и он чего-то достиг-добился. То есть люди безбашенные, люди, которые эпатажем, харизмой, своей титанической энергией, вот этим вот напором и берут. И абсолютно лишенные каких-то границ… Часто даже этических.

Бизнес джигитовка

Тот же Женя, пардоньте, такими вещами занимался — почитайте в интернете, в принципе всё это правда. Были дырки в таможне, было такое понятие как «контрабасить», ввозить в Россию с занижением таможенной стоимости. Женя построил классическую МММ, товарную пирамиду. По контракту они должны были платить дистрибам за товар через три месяца, а через пять, когда к ним приходили и говорили: «Ребята, ну вы просрочили контракт на два месяца», им мягко намекали: «У вас есть два варианта, либо ждите, либо вы сейчас деньги заберете и к нам вообще никогда товар не отгрузите!» А у них, извините самая большая в России розничная сеть электроники. А были ситуации, когда кому-то даже предлагали: «Мы тебе поспособствуем деньги вернуть, если ты нам, скажем, с каждых десяти долларов пол доллара откатишь в карман».

Д.Ю.: Отличная схема!

М.Ф.: Коррупция там процветала.

Д.Ю.: Мы еще не говорим, кто это дело «крышевал» и за сколько…

М.Ф.: После того, как Женя оттуда ушел, люди, которые «Евросеть» купили, просто охренели. Потому что все склады были забиты товарными остатками и «неликвидом».

Накупили двести тысяч наименований товара абсолютно не конкурентоспособного с завышением ценника — явно китайцы кому-то чего-то дали. То есть, «Евросеть» была классическим примером бизнеса девяностых. То есть, очень громкая, очень пафосная, с нестандартными рекламными ходами, с этими вот письмами сотрудникам. Матерщина, «зашквар», цирк-шапито Женин личный. Всегда на слуху, первое что приходит на ум. Но при этом внутри компания была абсолютно неэффективная, абсолютно гнилая.

Д.Ю.: А может он ее для этого и строил, как большой «кидок»?

М.Ф.: Нет, ну я же говорю, это был МММ! Потому что, Женя, нужно отдать ему должное, очень быстро эту компанию «слил», ему удалось оттуда выйти с деньгами, на которые он новый бизнес начал строить в Европе. А люди восхищаются гением Чичваркина и слушают его слова про то, в России бизнес закончился…

Д.Ю.: Такой бизнес — закончился.

М.Ф.: Такой закончился, да! Государство начало закручивать гайки, контрабанду закрыли, не совсем, не на сто процентов, но закрыли…

Д.Ю.: Вот у меня, извини перебью, товарищи есть. Они через таможню возят, и соответственно «абонентскую» плату все время платят. В определенный момент, хором взвыли: сейчас по «белому» завозить получается дешевле, чем платить «абонентскую» плату. А отказаться уже нельзя!

М.Ф.: Ну, я тебе знаешь, скажу еще какую вещь. Я неожиданно к какой теме пришел, что оказывается в России отлично работают налоговые органы.

Д.Ю.: Ага.

М.Ф.: Опять-таки, извините, в девяностые никто налоги не платил. Сейчас ты попробуй НДС хоть копеечку не доплати! Тебя так прижмут, что мало не покажется. С точки зрения бизнеса, конечно, мне плохо — я теряю деньги, ну, моего личного, корыстного интереса. Но если мыслить масштабно, государственно — это же хорошо!

Другое дело, начинается: «Ой, да куда уходят эти налоги!», там: «Почему дороги плохие? Почему то плохое, сё плохое?». Но это вопрос другой, это вопрос эффективности трат, и там опять-таки надо смотреть, что, допустим на Украине, где из миллиона долларов разворовываются девятьсот девяносто тысяч. У нас уже так воровать не получится, то есть, у нас возможно завышение смет, есть не эффективные траты, есть излишний расход материалов. Это всегда присутствует. Но при этом просто так, взять украсть всё уже не получится. На налоги хоть что-то делают, и дай Бог! Очень много делают, на самом деле.

Но не важно, не в этом суть! Я говорю о том, что формат бизнеса поменялся, и тогда то, что делал Чичваркин, было очень просто, потому что рынок рос взрывообразно. Денег шальных было у всех много, люди ходили скупали эти телефоны десятками миллионов, абсолютно была безумная маржа.

Евгений Чичваркин Евросеть плакат прикол

Сейчас, естественно, так уже нельзя. Сейчас коррупционная составляющая сдулась до каких-то совершенно копеечных объемов. Мимо таможни уже и червь не проскочит, муха не пролетит. Случаются какие-то разовые ситуации. Недавно был большой «замес» —китайцы придумали возить Xiaomi в серую и возили их очень много. И опять-таки, каким-то хитрым образом, занижали таможенную стоимость. Под декларированием дешевых смартфонов возили дорогие, еще какие-то схемы были. Ну, год эта тема поработает, а через год её закрутят — это всё понятно. Системно строить бизнес на «серовозе», на товарной пирамиде, на прокрутке денег, на какой-то «чернухе» уже не получается.

контрабанда телефонов серый ввоз импорт таможня

Д.Ю.: А куда надо стремиться?

М.Ф.: А бизнес сейчас поменялся. Для того, чтобы сейчас в ситуации зарегулированных отраслей выжить, нужно придумывать какую-то добавленную стоимость. В чем добавленная стоимость «Евросети» была? В том только, что они наоткрывали кучу ларьков на каждом углу.

Д.Ю.: Пять магазинов на одной улице...

М.Ф.: Да, пять магазинов на одной улице. Причем что в этих магазинах? Я же говорю, там лежит некондиция, там лежит совершенно шлаковый товар, там лежит абсолютно, я не знаю, много всего того, что реально не должно продаваться: несертифицированная, и так далее. Ну да, люди могли что-то из этого покупать.

Д.Ю.: Как говорит русская народная мудрость: «Говна, зато полный рот!»

М.Ф.: Да, опять-таки, это все хорошо! На китайском рынке тоже можно всякого говна много купить, но только мы хотим на китайском рынке жить? Наверное, нет. Наверное, мы хотим жить в европейском, цивилизованном обществе. Правильно?

То есть те же самые рынки посмотреть. Что было с рынками еще десять лет назад? Посмотрите сейчас, Даниловский рынок, Центральный рынок, это же, на самом деле цивилизованная торговля, куда можно прийти с детьми, куда можно прийти с семьей и вкусно, интересно провести время. Купив полезных, хороших продуктов. Да, не по самой «бросовой» цене, но хороших.

А все вагончики закрылись, все вот эти рынки контейнерные, ларьки у метро — они всё-они исчезли, их больше нет. Хотя боролись-то на самом деле не с ними… Кому эти контейнерные рынки мешали? Ну на самом деле правительству по барабану, на самом деле. Их закрыли-то почему? Это были огромные-огромные прачечные «черного кэша», где было просто ну очень много грязного нала. С «черным кэшом» стали бороться, государство завинтило все гайки. Ты слышал, наверное, ситуацию, когда там посадили какого-то очередного деятеля-фсбшника, у которого тремя КАМАЗами вывозили деньги. Я не знаю, как он хранил эти три КАМаза денег у себя.

Государство закручивает гайки. Всё! Ну, то есть формат бизнеса поменялся! А что сейчас бизнесу делать? А сейчас бизнес должен вестись интеллектуально. Не «джигитовкой», типа: «Вай-вай-вай, я сейчас выйду, всем покажу какой я шустрый! Все охренеют какой я, так сказать, не обычный, какой я эпатажный. На эпатаже как-нибудь вывезу! И на беспределе вывезу!».

Нет! Сейчас бизнесу дорога тому, который интеллектуально, шаг за шагом, придумывает торговую марку, конкурентные отличия, какие-то интеллектуальные технологии, на самом деле. Да, сейчас системное строительство бизнеса, долгое, нудное, кропотливое с калькулятором на руках, каждый день в поте лица.

Д.Ю.:  Вы же хотели, как в Европе? Так вот оно!

М.Ф.: Вот так вот сейчас и живут

Д.Ю.: Зато раньше, если гражданин делает что-нибудь не так, как надо, его можно было отвезти в лес, «привести в чувство» — это был положительный момент.

М.Ф.: Теперь не получится. Теперь уже надо нанимать адвоката, заниматься вот этими нудными судами, и не ясно, кто еще кого в итоге одолеет…

Д.Ю.: Да, результат совершенно другой!

М.Ф.: Потому что многие еще «по понятиям» живут. Даже документы не умеют оформлять! У меня половина блогеров банально договоров не может оформить, у них просто сидят криворукие бухгалтера, которые вообще не понимают, где реквизиты ставить в договоре.

Д.Ю.: Такие же, как сами блогеры.

М.Ф.: Ну естественно! И у бизнесменов тоже полно таких проблем. Потому что люди не готовы, люди привыкли жить в атмосфере «гуляй поле», а тут неожиданно закрутили гайки.

Так вот, и что дальше происходит? Дальше появляются новые, интересные бизнесы, у которых есть что-то помимо «купи-продай». То есть всё, что «купи-продай», оно всё закрывается, оно все идет к своему упадку. Розничный бизнес весь лихорадит, но извините, как его может не лихорадить? Накрутки розничных сетей составляют сорок процентов, шестьдесят процентов.

Д.Ю.: Отлично!

М.Ф.: Ну, то что в Китае можно купить на заводе за сто долларов, у нас в магазине стоит уже двести. Потому что это все официально пересекает границу, за все платится таможенная пошлина, платится НДС, платятся страховые взносы, логистика

Дистрибьютор это всё оптом завозит и растамаживает. За это десять-пятнадцать процентов. Розничная сеть, абсолютно не эффективная, тоже хочет свои пятьдесят процентов и плюс бонусы, и плюс на маркетинг, и плюс на это, это, это.

Выходит, что в Китае товар стоит сто рублей, в Интернете это стоит сто тридцать, а в магазине это стоит двести двадцать рублей. Люди видят такую диспропорцию и в магазины ходят все меньше. Что им делать?

Д.Ю.: Опускайте цены, а чего же?

М.Ф.: За счет его опускать цены, если внутри компания неэффективна? Если они строились, там, десять-пятнадцать лет по принципу раздувания территориального, как Чичваркин. Открываешь много-много салонов, набираешь много-много товара — глядишь, что-то потом и продастся.

Помимо того, что они забирают 50% себе, у них еще отсрочка платежей неадекватная. Вот я, когда еще работал в товарном бизнесе, десять лет назад, были шестьдесят дней отсрочки. Три года назад — девяносто дней. А сейчас сети берут товар на реализацию уже на сто двадцать, на сто пятьдесят дней.

То есть, я так понимаю, два года пройдет, они будут на год чужое бабло морозить…То естьты товар заказываешь в Китае по предоплате. Тебе все это производят через месяц. Еще месяц это к тебе это едет, еще месяц это на складе лежит, и еще на сто пятьдесят дней ты отдаешь это на реализацию.

Д.Ю.: Отлично!

М.Ф.: То есть деньги, которые ты вложил сегодня (доллары!), ты получишь через год (рубли!). Через год! Ну кому такой бизнес может быть интересен? Ну естественно, что деньги стоят денег, поэтому у тебя вот эти вот замороженные на год средства влетают в огромную копеечку. Кому это все нужно?

Гораздо интереснее интернет торговля, где нет таких вот жутких дистрибьютерских расходов. Естественно, что интернет бизнес начинает вверх идти, а обычный бизнес, розничный бизнес идет вниз.

Если в офлайне люди идут в магазин и говорят: «Посоветуйте какой-нибудь холодильник», или: «Посоветуйте какой-нибудь телевизор», или: «Посоветуйте какую-нибудь фотокамеру», то в интернете люди вначале выбирают, смотрят обзоры, отзывы, а уже потом говорят: «Я хочу вот эту камеру!».

Сейчас люди стали умными, сейчас люди понимают, что есть тот или иной бренд, они идут и целенаправленно в интернете бренды покупают. Соответственно, что делать бизнесу? У бизнеса появилась необходимость вкладывать деньги в развитие бренда. То есть не просто товар привезти и кинуть в розницу, бизнесу требуется всё больше и больше тратить деньги на то, чтобы строить полноценный бренд, растить узнаваемость бренда.

А это, извините, вещь очень интеллектуальная, это вещь долгосрочная, в которую надо инвестировать деньги, инвестировать силы. Экспериментировать, то есть какие-то делать вещи, которые очень тяжело прогнозируются. И которые вот так вот «джигитовкой» быстро не потянешь. Нужно более долгосрочные стратегии строить! Это первый момент.

Второй момент — нужны какие-то конкурентные отличия, то есть если у тебя нет бренда, тебе надо хотя бы что-то новое предложить рынку. Либо нужно строить свой бренд, чтобы тебя целенаправленно искали, и ты не зависел от этих жирных розничных сетей, и от этих жирных каналов дистрибьюции, которые тебя как липку обдирают. И которые фактически на тебе строят ту же самую товарную пирамиду, покрывая свою страшнейшую неэффективность.

Д.Ю.: Смотри, а я несколько таких примеров знаю. Бытовая техника «ВитЁк», какой-нибудь BORK, который благополучно всех потеснил.

М.Ф.: Ну я бы вот из них, попробовал бы с «Витьком», кстати, не надо говорить «Витёк», хозяин компании ругается.

Д.Ю.: Как его зовут?

М.Ф.: Я, честно говоря, не помню.

Д.Ю.: Виктором, наверное?

М.Ф.: Нет, там есть такое правило, что ты если говоришь: «Витёк», тебя сразу увольняют из компании, потому что Витёк, ну что это за панибратство. Вот это, кстати к вопросу о брендинге.

Он вам не Витёк про бренд чайников бытовой техники мбт Vitek

Д.Ю.: Это они бы еще покупателей потренировали!

М.Ф.: Да, да. То есть своих сотрудников они дрочат настолько сильно, что, если где-то в отделе, в офисе слышат «Витёк», человек сразу идет под увольнение. При этом основатель не понимает, что это его собственное решение — назвать компанию таким образом. И более того он даже не знает, что это клево, что у людей реально ассоциативный ряд, они знают эту технику всю, как «Витёк», люди смеются, это вызывает позитив.

Ему-то хотелось, чтобы они были такие элитарные, такие все из себя интеллигентные, чтобы они все из себя такие вот австрийские были. Бренд же типа псевдо-австрийский, хотя на самом деле это российский бренд.

Д.Ю.: Слово-то «Витёк» доброе, хорошее слово.

М.Ф.: Доброе, хорошее, вызывает веселые ассоциации, наоборот это надо было взять и еще толкнуть, и еще сильнее, и обыграть, и какого-нибудь персонажа придумать, да, «Витька» какого-нибудь. А вместо этого начинает всех дрючить, пытается весь мир переучить, неправильно, с его точки зрения, произносить этот бренд.

BORK хороший пример, потому что это реально бренд. Они выросли на том, что брали китайский товар, чуть-чуть его допиливали и дальше его продавали. Но потом они за счет того, что они создали вокруг бренда некий ареол эксклюзивности. Их продукт действительно дорогой, такой весь серебристый, весь такой металлический, строгий, стильный. Как любят рекламщики бездумные говорить. Ненавижу это слово — «стильный»! Потому, что стильным сейчас называют все. Не знаю, скатерть вот эта-стильная. Ботинок у меня грязный, и тот стильный. Сейчас стильным называют абсолютно все!

Д.Ю.: Стильный-грязный, да!

М.Ф.: Ну, просто всё, у тупого рекламщика никаких других слов нет, чтобы описать красивый дизайн. Первое что приходит каждому первому тупому рекламщику — это «стильный» дизайн. Поэтому каким бы копеечным и «дешманским» товар не был, рекламщик обязательно в рекламе напишет, что он стильный.

Но BORK правда делает интересные вещи. Он формирует некую добавленную стоимость в виде вот этой вот элитарности. Потому что, ну, прямо скажем, на фабриках эти все устройства стоят гораздо дешевле. И есть наверняка в продаже приборы с точно такой же начинкой, с тех же фабрик, но не BORK и не дорого. Но у BORK есть эксклюзивный дизайн, они уже большие, они уже мощные, они заказывают в Китае эксклюзивный дизайн. Они заказывают особенные какие-то технологические фишки, первыми их получают от китайских разработчиков. Какие-то даже сами разрабатывают. У них появилась определенная ниша. Если ты спросишь: назови бренд хорошей, качественной, дорогой бытовой техники. Не американский, не европейский бренд, то есть не совсем за миллион миллионов, но и не «Витёк». Скорее всего люди назовут BORK.

Но я сейчас даже не столько о таких крупных компаниях говорю. Ко мне за рекламой ещё два года назад приходили люди с товарным бизнесом — «купи-продай», логотип налепи, продай подороже в розничную сеть, вытри лоб, скажи: «Слова Богу, вот, в очередной раз бабки прокачал. Теперь пойду китайцев нагну, чтобы еще дешевле сделали. И сеть, тоже буду стоять, чтобы они меня не нагибали и дешевле не продавать».

А вот сейчас появились очень интересные люди, у которых совершенно необычные бизнесы. Каждый день приходят молодые интересные ребята и предлагают совершенно необычные решения, необычные технологии, необычные ноу-хау в областях, которые, казалось бы, уже десятилетиями не менялись и пылью поросли.

То есть рынки, которые сформировались еще в советское время и казалось, что там уже вообще ничего не поменяется. Ну знаешь, вот как всю жизнь ходили мы в ЖЭК за квартиру платить. И знаем, что ЖЭК — это что-то такое, где бабушки днюют и ночуют, очереди отюсда и до завтра. Иозлобленные тетки выписывают эти справки, не знаю, часами, можешь прийти по записи, стоять, и вечно все друг на друга кричат и все очень злые. Потом кто-то умный пришел и сделал МФЦ, где за пять минут там можно оформить все, любую справку, за пятнадцать минут можно переоформить квартиру. И все культурно, все хорошо. Но иностранцы, когда приезжают и видят, как работают МФЦ, из Европы…

Д.Ю.: Точно!

М.Ф.: …они охреневают, говорят: «У нас такого нет». Вот это электронное правительство, электронный документооборот, то, что в интернете можно записаться на прием к доктору, не везде такое есть даже в цивилизованных странах. Кто-то пришел, предложил и отрасль вся поменялась. У меня вот сейчас таких примеров бизнесов, которые способны поменять отрасли, реально, с десяток уже точно набирается.

Я, кстати, сделал у себя на сайте дайджест вот этих вот людей, которые приходят с очень интересными, безумно необычными решениями, которые на самом деле бизнесу огромную помощь оказывают.

Д.Ю.: А такое разве можно публиковать, ведь украдут же все!

М.Ф.: Если правильно к делу подойти, то скопировать нереально — слишком много надо ума и сил приложить.

Вот пример: человек подошел очень интересно, он создал бухгалтерию в формате конвейера, с разделением труда, как в Макдоналдсе. Вот что тебе приходит в голову, когда говорят бухгалтер? Ну какая-то сидит тетка, такого среднего возраста, сидит какие-то счета выписывает, бумажки перебирает, чай пьёт. То есть нудная такая, «paper woman» как говорят англичане, весь её день — вялотекущая нудная бумажная волокита бюрократическая. Эти тетки уже отупевшие, они уже ничего не понимают, они, блин, циферки путают. В бухгалтерии в российской, по-моему, ничего не меняется последние двадцать лет. Крайне неэффективная работа, у меня у самого постоянные проблемы с клиентами. То, блин, деньги не туда перечислят, то договора не так оформят, «Вордом» пользоваться не умеют бухгалтера. То есть присылаешь им договор в режиме правок, она смотрит и говорит: «А почему весь текст перечеркнутый и красный?». Я говорю: «Ёбта, это режим правок!» «А что такое режим правок?». Человек десять лет в бухгалтерии работает, десять лет договоры делает, но не знает, что такое режим правок в документе.

Мем прикол бухгалтерия что-то нажала

Д.Ю.: Хоть ролик обучающий на YouTube посмотри!

М.Ф.: Ну как эти люди вообще могут заниматься каким-то инновационным бизнесом? Как они могут экономить компании деньги? Они же сидят, получают зарплату за то, что они туда-сюда гоняют документ, в котором надо одну кнопку нажать — режим правок убрать и он в нормальный вид входит. А они его распечатают, он у них весь красный, они думают «Ну что ж такое!», второй раз распечатали опять красный. Идут на другом принтере печатать… «Ну что вы мне такое прислали?».

Так вот, пришел ко мне мужик и у него очень интересная история. Вначале, когда он был молодым, работал в Макдоналдсе, и проникся идеей Макдоналдса, как конвейерного производства, что там каждый человек…

Д.Ю.: На своем участке сидит

Мем прикол Рональд Макдональд бьёт Макдоналдс

М.Ф.: …и только свои определенные операции выполняет, да! Один человек целый день тупо печет булки для гамбургеров, другой целый день только котлеты для гамбургеров переворачивает, третий целый день только эти гамбургеры собирает. И за счет того, что человек владеет одной операцией, во-первых, ошибиться очень сложно, потому, что он уже до автоматизма все доведено, во-вторых люди очень легко заменяемы, потому что операции простые, чтобы эффективно работать — не нужно весь цикл производства учить и в-третьих, это все очень на высоких скоростях делается. Издержки минимальны, в пересчете на одну единицу продукции.  Ну это фактически принцип Генри Форда, который в свое время конвейерный автомобиль построил.

Бухгалтерия МАКО бухгалтерский конвейер

Мужик по образованию бухгалтер. На старших курсах Макдоналдс бросил, доучился, пошел работать бухгалтером в большие компании. Сначала бесплатно, потом за деньги. Потом стал главным бухгалтером, потом финансовым директором на крупных промышленных производствах. Перейдя на руководящие, должности он вспомнил свой юношеский опыт в Макдоналдсе и начал в этих компаниях строить бухгалтерию по принципу разделения труда — конвейерного типа.

Потом ушёл на вольные хлеба и создал свою компанию — МАКО. Первый в мире бухгалтерский конвейер! Представьте себе бухгалтерскую компанию, где работает тридцать человек, и на обслуживании больше 600 клиентов. В основной массе это компании не большие, без специфического бизнеса, не знаю, хитрого лицензирования, фармы или еще чего-нибудь в таком роде, где очень сложная бухгалтерия. Это в основном малый и средний бизнес, это ИП, это какие-то магазины, это небольшие торговые компании.

Бухгалтерский конвейер МАКО

Компании, где бухгалтера своего держать слишком дорого. Кто-то просто не хочет зависеть от человеческого фактора: если ты держишь своего бухгалтера, ты от него зависишь, если ты нанял плохого бухгалтера, он тебе там такую бухгалтерию нахероборит, что ты потом не разгребешь. Этот бухгалтер может заболеть, этот бухгалтер может умереть, этот бухгалтер может уволиться, оставив после себя кучу говна. Человеческий фактор, как он есть. И вот в МАКО его влияние полностью исключено.

Работает всё как на конвейере на производстве. Один человек забивает первичные документы, второй бухгалтер рассчитывает зарплату, третий бухгалтер считает налоги… То есть у него все разделено на эти вот конвейерные потоки. В МАКО если любой человек увольняется, они тут же нанимают нового и ничего не происходит, ничего не теряется. За счет этого время обработки документов минимально, стоимость обслуживания каждой компании сокращена до минимума.

И главное — никто к вам не придёт, никаких проблем и штрафов не будет, ты занимаешься бизнесом — они занимаются бухгалтерией: считают зарплаты, налоги, сдают отчетности и так далее. При среднем чеке 8 000 рублей и дают просто абсолютную, стопроцентную гарантию надёжности. Вплоть до того, что, если бухгалтерия МАКО допускает ошибку и клиент попадает на какие-то штрафы и пени, они эти пени компенсируют. Ответственность застрахована на 5 миллионов рублей.

И этот бизнес растет просто как на дрожжах. Нигде ничего подобного нет. В России точно никто ничего подобного не делает. Очень интересная тема, на самом деле, люди замучались со своими аутсорсинговыми бухгалтерами за 10-15 тысяч в месяц, а тут просто палочка-выручалочка за 8 тысяч, которая прикрывает тебе жопу от налоговой, а налоговая знаешь, как свирепствует. Вот пожалуйста, отличный бизнес!

Потом другой пример. Ты знаешь, что после Кемерово, после «Хромой лошади», в сфере пожарной безопасности государство закручивает гайки. Как раньше решалось, еще десять лет назад? Приходит пожарник, ему башляешь и у тебя…

Д.Ю.: Все хорошо.

М.Ф.: …как не было этой сигнализации, так и нет, как не было пожарных рукавов, так и нет, как огнетушители все уже завяли давно и не работали, так они и не работают. Сейчас уже так не получится, сейчас петух жареный клюнул, гром грянул, мужик перекрестился и пошел, как говорится, делать то, что велят. То есть как с ОСАГО, взяли и ввели обязательные требования — и хрен кто теперь взятки возьмет. По крайней мере в маленьких масштабах, то есть если речь не идет о каких-то там глобальных вещах.

Пожарные взяток не берут! коррупция пожарная инспекция

Так вот, клиенты: мужики, молодые ребята, которые получили высшее образование вот по этому направлению МЧС и пожарной безопасности, поработали в полях и решили организовать свою частную компанию с привлечением практикующих инженеров и специалистов с научными степенями по этим темам. Там же, оказывается, целые научные школы, которые точно рассчитали, как проектировать пожарные выходы, чтобы туда все влезли, все быстро пробегали. Есть специалисты, инженеры, которые, двадцать лет этим занимаются, у них научные теории целые, математические расчеты. Это не то, что усатый пожарник сидит, засаленную тысчонку себе в карман запихивает и с потолка все решения выдумывает. Там реально люди диссертации защищают.

Руководит всей этой историей человек, который закончил вот эти все учебные заведения, кандидатскую там защищал, и в полях поработал — пожары тушил, людей спасал. И вот этот молодой парень создал компанию, которая обеспечивает комплексный подход к пожарной безопасности. У них есть все, у них даже есть пожарная команда своя, собственная, со своими машинами, с лицензиями со всеми. У них есть специалист по огнетушителям, у них есть специалист по пожарной проводке, у них есть выездные инспектора свои собственные.

Есть отдел, который разрабатывает документацию для сложной архитектуры. То есть, сейчас же очень много новомодных зданий строят, кривых, косых и в форме пениса. А нормы под них не придумали, как там пожарную безопасность проектировать — советская наука не знает. Так вот у это товарища есть целый отдел, который с нуля готовит новые нормы и проталкивает, согласовывает, с научным обоснованием эти нормативы пожарной безопасности для необычных строений. Представляешь?

И это приводит к услуге «одного окна», к тому самому МФЦ, то что приходит человек, говорит: «У меня вот есть…», там не знаю «… ночной клуб …», например, «…мне вообще не хочется никому взяток давать, ни с кем общаться, хочу просто платить вам, не знаю, тридцать тысяч рублей в месяц, чтобы у меня все было хорошо». Всё, он заключает договор, платит тридцать тысяч, как бухгалтеру, то же самое, абонентское обслуживание, как у сисадминов. К нему приходит в раз год, когда надо, человек, проверяет пожарную сигнализацию, раз в полгода приходит проверяет огнетушители, если ему нужно что-то согласовать, они сами все переписывают и идут все это подают в нужные органы и согласовывают.

Клиент вообще не парится о том, что у него какие-то проблемы могут быть с пожарной безопасностью. Вся безопасность у него «под ключ». Даже если у него организуется большой какой-то концерт в этом в ночном клубе — приезжает пожарная машина и стоят пожарники наготове. То есть вначале приезжает инспектор, все проверяет, что там все соответствует. А потом уже стоит пожарная машина на случай, что, если, не дай Бог, что-то загорится.

Вот люди какую вещь создали, я такого вообще никогда не слышал, то есть комплексное обслуживание в области пожарной охраны. И реально у них очень много клиентов, никто такого в России не делает. Есть компании, которые продают огнетушители, есть компании, которые продают, не знаю, там, условно услуги установки пожарной сигнализации. А тут — компания, в которую ты просто приходишь, даешь деньги и говоришь: «Сделайте мне, чтобы все было 100% безопасно, и ко мне никто не пришел и ко не придрался». И никакого криминала, никаких взяток и все легально. И у них нет отбоя от клиентов, потому что они предлагают не просто «купи-продай», они предлагают что-то новое и действительно полезное обществу.

Еще один пример! Ребята, большие умы из отрасли финтеха, собрались, проанализировали, что у нас очень в России, в Европе всяких мигрантов. Зарабатываются деньги в одной стране, а тратятся — в другой. Все эти деньги какими-то «Золотыми коронами» пересылаются, через еще какие-то сервисы с неудобными условиями: надо идти в пункт отправки, надо идти в пункт приема, комиссии лютые, или курсы обмена валют невыгодные.

И вот эти умники построили совершенно новую финансовую схему, легальную, грамотную, чёткую. Договорились с банками в разных странах, в Таджикистане, в Узбекистане, в Украине, в Молдавии, в Европе, и сформировали собственную систему межбанковских платежей. Построили свою систему покупки разных валют на биржах напрямую, по биржевым курсам. И организовали систему международных переводов Paysend.

Идешь по улице, хочешь своей бабушке, например, на Украину деньги перечислить — открыл смартфон, запустил их приложение, выбираешь: сумма к получению 3 000 гривен. Или наоборот: сумма отправки 10 000 рублей. И тебе система сразу, в реальном времени, отображает, какой будет комиссия, и по какому курсу будет посчитана сумма к получению. Сразу прозрачны все параметры. Вводишь данные своей российской банковской карты. Нажимаешь кнопку, и бабуля через какое-то время (от её банка зависит) получает деньги на свою карту украинского банка. Переводы с карты на карту из почти любой страны и почти в любую страну.

Д.Ю.: Толково!

М.Ф.: …и комиссия, там грубо говоря, при отправке денег из России — сорок девять, что ли рублей. То есть любую сумму отправляешь, хоть пятьдесят тысяч, и сервис за перевод берёт всего сорок девять рублей. Из Европы за полтора евро, из Америки — два доллара. И все фиксировано — отправляй хоть тысячу, хоть пять, хоть десять. Можно с карты на карту, на счёт, можно только по номеру телефона — каждую неделю, грубо говоря, добавляют новые фишки и новые направления.

Вот люди создали, да, они проинвестировали деньги, наняли специалистов по финансам, наняли программистов, и сделали супер-удобный сервис. Для фрилансеров, для мелких предпринимателей, у которых то кому-то на Украине надо отправить деньги, то от кого-то из Европы их принять… Это огромная инфраструктурная вещь, которая помогает и мелкому, и среднему, и крупному, но крупному вряд ли, у крупного там свои методы перегона денег. Ну прекрасно же, я считаю.

Д.Ю.: Отлично!

М.Ф.: Вот люди создали дополнительную стоимость, люди создали ценный продукт, люди вложили в его продвижение, вот он у них взлетает, просто как на дрожжах. Я говорю, я вот сейчас написал на сайте, у меня есть эта тема, как раз я про все три сервиса описал и описал почему, почему вот именно за такими бизнесами будущее, где люди что-то придумывают.

А вот тут можно прочитать подробно про эти три замечательных прорывных бизнеса. Там же ссылки, пароли, явки…

***

Кстати, нужно сказать, что большой бизнес тоже эти темы трогают, люди начинают понимать, что необходимо создавать дополнительную ценность, инвестировать в бренд. Вот только где ты этому научишься? Многие бизнесмены, даже те, которые вышли из девяностых, они помешались на бизнес-образовании.

Сейчас, бизнес-образование это тема, которая увлекает два типа людей. Тех, которые ничего не могут, но очень много хотят, то есть ищут «волшебную кнопку»: «Я пойду поучусь, мне чего-нибудь расскажут, я буду как аккуратный школьник все это записывать, а потом как сяду, да как придумаю, да и попрет оно! Люди же умные, люди же денег много за это берут!». Это первый тип клиентов бизнес-образования.

А второй тип — это те самые бизнесмены, коммерсы, которые понимают, что рынок поменялся, страна поменялась, среда поменялась и нужно что-то менять в голове. А как? Они вот всю жизнь жили товарным бизнесом, всю жизнь купи-продай. О маркетинге не думали, о рекламе не думали, ни о каких оптимизациях управления процессами не думали. Что им делать? Ну вот им надо куда-то идти учиться, они идут на всякие эти вот «Синергии», на всякие «Бизнес молодости», даже кто-то там чему-то дельному учится.

Ко мне тут один клиент пришел и рассказывает: «Сижу в первом ряду на семинаре, а они мне и говорят: “Вы знаете, что такое интернет трафик? Знаете, что его где-то брать надо?”. А весь первый ряд охуевает: “Да ладно!”». Народ реально не знает ни про трафик, ни про конверсии, ни про воронку продаж. Для него это все открытия.

Базовых вещей человек не знает, потому что всю жизнь производил свои светильники. Вот в светильниках он дока! А то, что можно сделать интернет-магазин, туда гнать коммерческий трафик, анализировать его параметры разными метриками, загонять лидов в «воронку продаж» — он про это про все не знал. И круг его общения обычный — работяги с его же производства и другие такие же, извините, колхозники-барыги из 90-х не в курсе ничего этого. Они не хотят развиваться, а ему надо, ему чуйка говорит: сегодня не успеешь в последний вагон запрыгнуть — завтра поезд уйдёт! Поэтому, естественно, он приходит в школу, а там ему говорят: «Это-аз, это-буки, это-веди». Вот «Бизнес молодость» выступает таким детским садиком.

 Д.Ю.: Может это хорошо? На старости-то лет учиться.

М.Ф.: Ну как сказать, это с одной стороны хорошо, с другой стороны…

Д.Ю.: Может это как ПТУ? Бывают институты, бывают университеты, а кому и профтехучилища за глаза хватит.

М.Ф.: …большинство курсов делается для первого типа клиентов бизнес-образования, то есть лузеров, бездельников, халявщиков и скучающих домохозяек. И им лучше продаются не реальные навыки, пусть и базовые, а некая иллюзия образования, упакованная в яркую, веселую, мотивирующую оболочку. Не учеба, а перфоманс! Кто там чему реально научится — дело десятое, главное, чтобы всем было весело и интересно, чтобы биение жизни ощущалось.

А ещё большинство вот этих вот раскрученных коучей и тренеров, которые в этих «синергиях» преподают, они, во-первых, преподаванием занимаются просто как отдельно стоящей от реальных дел вещью. То есть они уже давно оторвались от реальности, уже давно не видят ничего, кроме кейсов своих учеников, и кейсы своих учеников рассказывают другим своим ученикам. Они варятся сами в себе.

Д.Ю.: Для самоудовлетворения какого-то.

М.Ф.: Они рассказывают десяти ученикам какие-то методики, у девяти это не работает, у одного это работает. Вот они берут этого ученика, показывают всем остальным и говорят: «Видите у него работает, значит методика хорошая». А методика на самом деле уже сто лет как устарела. А почему она у кого-то сработала? Потому что он по наитию чего-то там где-то сам подрегулировал, или ему повезло, или конкретно в его нише специфика какая-то своя.

Но тренеры об актуальности своих курсов, естественно, не задумываются — их задача как можно больше продать. Образование просто бизнес. Просто отрасль коммерции, где основная задача — сделать из клиента постоянного клиента и доить с него деньги. Там нет задачи кого-то чему-то научить, там есть задача создать иллюзию обучения, иллюзию личностного роста. На курсах ты почётный бизнесмен третьего уровня с пятью грамотами, а по жизни как был лошочек с пятью кредитами, так и остался.

Д.Ю.: То есть у людей это всё как хобби

М.Ф.: Да, вечные студенты, у которых учеба это приятное занятие — хобби. Вот я пошел послушал одного мотивационного оратора, вообще просветлел! Мне столько всяких инсайтов пришло! И есть этот новояз, кстати, модные словечки — «Инсайт», «Эджайл», «Мастермайнд», по-русски уже не круто. Посидели и просто мозгами поскрипели не скажешь, правильно говорить «у нас был мастермайнд».

Вот мне очень нравится нынешнее время, нравится, что у нас реальная стабильность, потому что всё меньше людей думает о Путине. А кто думает о нем, тот думает о нём как о дожде, как о природном явлении. И все больше людей сосредоточено на своем бизнесе, который строится не методами шалтай-болтай, не методами купи-продай, не методами, «дикого» рынка, а сидят и системно, шаг за шагом, выстраивают продукт. У которого есть добавленная стоимость.

Бренд, который несет некую силу и структуру, которая хорошо и отлаженно работает. И они сидят и заняты тем, что каждый день они эту структуру совершенствуют. Но тут тоже, кстати, есть очень один интересный момент: многие люди «из девяностых» начали слепо внедрять в свои бизнесы, на свои производства, вот эти самые новомодные, западные технологии энергосбережения и бережливого производства.

Кайдзен, например, есть такое слово. Японское какое-то. У меня есть хороший пример на эту тему, тоже хочу рассказать. У меня племянник работает на большом, огромном предприятии в одной из бывших Советских республик, которая теперь официально в Евросоюзе. И предприятие там существует с тысяча девятьсот двадцать какого-то года, или даже тысяча девятьсот пятнадцатого года.

Владельцы этого предприятия, дяденьки по шестьдесят лет, даже не из девяностых, а из СССР родом. Они решили совершенствоваться, наняли они одного модного мальчика из соседней страны, который на «Тойоте» стажировался. И он им рассказал, что такое бережливое производство. Смысл этого «Кайдзена», это то, что потребитель, покупая твой товар, не должен платить за неэффективность твоего производства. То есть у тебя слишком много брака, ты естественно это закладываешь в стоимость, у тебя станки простаивают, потому что не подвезли детали — это тоже все закладывается в цену. У тебя, условного говоря, рабочие слишком медленно работают, и это все в цену закладывается. Склад у тебя полупустой стоит, ты аренду платишь, и это тоже в цену закладывается. А потребитель не должен платить за издержки, которые ты несешь, как неэффективный менеджер!

Вот он им рассказал это. Все руководство и владельцы слушали, открыв рот. Сели-решили: «Будем ентот Кайдзен срочно внедрять!». И спустили всем мастерам, а мой родственник как раз мастером тогда был. Спустили всем мастерам, значит, «указулину». А там рабочие в основном, ну, самый низкий социальный слой. Чуть-чуть грамотных, а остальные все такие же как в СССР. Штамповкой, фрезеровкой занимаются, вечером по пивку, в выходные на дачку. Не интеллектуалы совсем. И спускается значит мастерам указулина — что над каждым станком будет висеть бумажка, в которой написано, чем он должен заниматься. То есть, 13:00 — пошел писать, в 13:05 — пришел, пописал и покурил. В 13:08 нагрел станок, в 13:10 запустил станок, и так далее, каждый вот свои шаги расписывает. Чтобы выявить, где этот рабочий неэффективен и время зря тратит.

Племянник говорит: «Ну ты видел этих людей! Я поссорюсь со всей бригадой, если вот так вот их всех переломаю, чтобы они этой херней занимались. А с их точки зрения это 100% херня — им не объяснить, что такое этот «Кайдзен» и зачем он нужен». А ему не нужно с бригадой ссориться, потому что они будут ему работу саботировать. Ему же потом за результат отчитываться, за то, что они производят. А ты знаешь, рабочий своего мастера легко может подставить. И ему и другим мастерам приходится самим сидеть, выдумывать и заполнять эти отчётики для начальства.

А самое интересное, он говорит: «Я вышел и предложил: ребята, а давайте “Кайдзен” вот с чего начнем — у нас люди приходят на работу в восемь, начинают работать, а в десять приходит уборщица и начинает у всех под ногами цех мыть. Давайте мы выгоним эту уборщицу, эту компанию клининговую, которая начинает в разгар рабочего дня всех трогать и прерывать производство, и наймем другую? И вот у нас уже будет первый шаг к “Кайдзену”». А руководство ему: «Ты чего, офигел? Уборщица из клиниговой компании, которая входит в наш холдинг, и мы нанимаем ее, чтобы деньги из холдинга наружу не уходили. Как работаем так и будем работать!». Вот реальный Кайдзен!

Д.Ю.: Настоящий.

М.Ф.: То есть, существует теория из этих вот умных книжек, а есть реальная практика. И они не пересекаются! Увлечение новомодными трендами, его нужно, так, в голове, немножко приземлять. Беда очень многих собственников, что они начитаются умных книжек, на походят на все эти умные «синергии», все эти «бизнес-молодости», но не понимают, что начинать с самого низа.

Я, кстати, не люблю слово «предприниматель» — оно очень сильно «зафаршмачено». Сейчас в Instagram любая бизнес-тренерша называет себя «Школа предпринимательства в Instagram». Хотя ее единственный бизнес кроме этих курсов, это, я не знаю, пинеточки продавать через свою страничку в Instagram. Но они все-предприниматели, то есть она бизнесменша-предпринимательша. Одна пинеточки делает, другая ее учит, как их рекламировать, вторая — как продавать, и так далее. И вот все эти «серийные предприниматели» ассоциируются уже в первую очередь с инфоцыганами из Инстаграма, поэтому я называю собственников по-прежнему — бизнесменами. Люди бизнеса, я бы даже так сказал. Люди бизнеса, по-русски, или люди дела, люди производства. Вот им иногда полезно спуститься в цех и посмотреть, как у них все работает. А не начинать приглашать новомодных «тичеров», «клоунеров», «коучей и прочих балаганных, так сказать, деятелей.

Д.Ю.: Они же не связаны с производством вообще! Все эти «коучи» и прочие.

М.Ф.: Нет, причем, понимаешь, они иногда даже говорят правильные вещи. Потому, что в «Тойоте» этот великий «Кайдзен» работает

Д.Ю.: Ну конечно работает.

М.Ф.: Потому что его внедрили от уровня уборщицы, до уровня бухгалтерии и генерального директора

Д.Ю.: Да, все работает с детства.

М.Ф.: А у нас норовят прийти, ткнуть в одну точку и сказать: «Вот здесь будет Кайдзен! А все остальное вокруг мы менять не будем!»

Фотография Дмитрий Пучков Гоблин в молодости (справа)

Д.Ю.: Я когда-то работал токарем, год. И на работу я ходил с одной целью — заработать денег. То есть тогда, при советской власти, гегемон, пролетарий, получал сильно больше, чем какой-нибудь инженер. Вдвое, как правило. Но, если я пришел зарабатывать деньги, то, наверное, надо перевыполнять план. Я не хай-класс токарь был, там, четвертый разряд максимум, то есть однообразная операция на огромном количестве деталей.

Ну вот, ты станок настраиваешь, вот, с какой скоростью, там, резец движется, как этот резец заточен, с какой скорость шпиндель крутится, ну все это пиши в тетрадочку. Потому, что запомнить это тяжело, детали разные, а знать, в общем-то надо, чтобы там не возиться ни с чем. Пишешь в тетрадочку, деталь такая-то, делать с ней надо следующее…

Конечно, технологический лист выдают, но он не совсем правильный, ибо ты, как «толковый пацан», делать можешь больше и быстрее.

Ну пишешь-пишешь-пишешь. И уже всё знаешь: эту ручку туда, эту ручку сюда, раз-раз-раз поставил. Как детали разложить, чтобы все брать не глядя, руку протянул — взял, руку протянул — положил. Вот это — так, вот это — так. В итоге, извините, я некоторые позиции делал в восемь раз быстрее, чем надо по этому самому технологическому листу…

Я возмущаться сначала пытался: «Что-то мне за эту фигню денег мало платят!». Вызывал нормировщицу, при советской власти была нормировщица, она приходила с секундомером, смотрела в технологическую карту, щелкала, говорила: «Дима, ты тут не бухаешь? Не бухаешь, поэтому я с тобой ничего делать не буду. Вот, в общем-то после того, что ты показал, технологическую карту надо переписать, расценки теперь втрое, впятеро срезать. Но тебя товарищи по опасному бизнесу просто задушат где-нибудь в раздевалке за то, что ты сделал. Поэтому я ничего делать не буду, но ты меня больше не зови. И не надо мне вот это вот показывать, как ты быстрее можешь».

Тогда я наточенные железки стал прятать в ящик с охлаждающей жидкостью, выходил в субботу, сдавал их, как будто я рабочий день еще отработал, и получал уже за это деньги. Ну, потому что вывернуться как-то надо.

Но, повторюсь, то, что они им говорят, вот этот чек-лист, что ты должен делать и в какой последовательности, оно в принципе-то правильно. Но толку не будет, пока до тебя, до барана, до самого не дойдет, как обустроить свой процесс, чтобы делать как можно больше, как можно быстрее, как можно качественнее. И я не знаю, как гегемона можно насильно научить, даже не представляю.

М.Ф.: Это Кайдзен по-советски, наверное

Д.Ю.: Да, да! Хорошо получалось, кстати. С теплом вспоминаю.

М.Ф.: Ты знаешь, я тоже успел поработать. Мне правда было четырнадцать лет, я работал на заводе, вместе с моей мамой, нелегально. Меня вечером через забор протаскивали, чтобы я ей помогал, потому что тяжело было, очень большая нагрузка была, ее из инженеров поперли в конце восьмидесятых к станку. У Горбачева очередная компания борьба с тунеядцами была. Поэтому все тунеядцы остались на местах, а всех, кто строптиво себя вел, всех погнали со мест. Она инженером была, вот ее отправили в цех.

Д.Ю.: А что ты делал?

М.Ф.: Я делал полы для компьютеров. Компьютеры же были большие шкафы, и они ставились на специальные полы. У нас в Москве был «Опытно-механический завод», вот сейчас его весь в аренду сдают. Кстати, два клиента наших там сидят, с которыми мы работали в разное время… Так вот, там научили немножко по-другому зарабатывать, там учили брак прятать. Как сделать брак, чтобы ОТК его не видело.

Д.Ю.: Ну это, знаешь, как на молочных фермах. Если теленок живой рождается, то за него восемьдесят копеек платят, за прием родов. А если мертвый, то рубль шестьдесят. Не трудно догадаться, что в некоторых хозяйствах этих телят задушат при родах. Так и с браком!

М.Ф.: Ну, вот видишь, тут, на самом деле, рецепт очень простой. Если во главе вот этого всего хозяйства стоит человек, который заинтересован в том, чтобы оно росло, оно будет расти. И оно не будет расти, если во главе стоит человек, который любит «понты» колотить, если для него весь бизнес, как игрушка… Для многих бизнесменов все эти технологические вещи, технологические бизнесы, стартапы, все это просто игрушка, им просто время девать некуда.

Д.Ю.: Или деньги.
М.Ф.: Или денег девать некуда, бывает у людей такая страшная проблема. Но вот если человек к делу серьезно относится, если он готов в процессы лично погружаться, тогда на что-то в принципе можно рассчитывать. Но тут я же говорю, подбирается другая беда — старческая деменция. Не про Дементия речь, ни в коем случае! Деменция. Дементий-то вообще еще будь здоров какой!

Д.Ю.: Дементий титан!

М.Ф.: Титан духа, да. Так вот. Есть такая вещь, как старческая деменция, я у себя тоже пост написал, вообще офигенно зашёл, «Одиннадцать признаков «старого козла»».

Д.Ю.: Я там с тобой, кстати, в ряде пунктов категорически не согласен. Отпишу.

М.Ф.: Отпиши. Хорошо отпиши. Так вот, одни из признаков, которого там нет, это когда у человека со временем начинает мозг консервироваться, когда он говорит: «Вот я пожил, поживешь с мое, узнаешь. Я-то еще при Брежневе рыбу ловил, я знаю, как это делать. Что вы тут «школота» мелкая понимаете!»

Д.Ю.: Это в том числе и защитная реакция.

М.Ф.: Это к вопросу о том, что он не может поменяться, а признаться себе в том, что он уже старый пердун тяжело. И он начинает «понты» колотить.

Д.Ю.: «Молчи, говно, я воевал!»

М.Ф.: Но смысл в том, что и ты уже не можешь поменяться, тебе тяжело и твоему бизнесу хорошо, если ты тогда, на первых порах, денег заработал нормально. Чтобы сейчас сидеть и просирать их на всякие эти «Кайдзены» и другие модные увлечения. А если не успел, ну значит станешь быстро очень банкротом. Потому что ты не можешь приспособиться к новым условиям. Для тебя Путин быстро очень становится врагом номер один. У меня есть один знакомый товарищ, который уже несколько лет живет в Бангладеше, и ругает Путина каждый день.

Д.Ю.: Задрали! Да задрали, в натуре! Вообще работать иди! Ё-моё! Просто вот, избитый, опять-таки пример: вот при советской власти, когда я токарем трудился, я не мог Брежнева ругать. Зато мог ругать мастера на месте, спорить с ним, чего-то требовать организовать мне, так сказать, относ-поднос, условия труда, еще чего-то. Это у всех вызывало живейший интерес, все на работе работой занимаются. А теперь наоборот, вот Путина ругать можно…

М.Ф.: А начальника нет!

Д.Ю.: Попробуй ему скажи что-нибудь. Ну давай! Про демократию подискутируй… Может быть, есть какие-нибудь другие темы, а? Как денег больше заработать, например? На детей, и семейство, и прочее их потратить. Это не интересно, нет. Какие приоритеты в жизни есть? Если ты на работу ходишь, может быть, там работать? Может быть, у тебя жизнь мимо проходит? Нет? Деньги-то не зарабатываются.

М.Ф.: У нас одна сотрудница сидела, удивлялась очень: «Зачем на работу ходить, если там не интересно?».

Д.Ю.: Согласен. Да. За деньгами вообще-то.

М.Ф.: Считается, что девяносто процентов людей, по статистике, ходят на работу, которая им не интересна, они ее не любят, они ее не хотят, они туда вынуждены ходить

Д.Ю.: Можно их только поздравить!

М.Ф.: Я не знаю только, зачем они это делают, ну потому что Путин виноват, очевидно.

Д.Ю.: Наверное, да. Ну сейчас вроде бы войны нет, никаких тяжелейших условий быта я не наблюдаю. Даже в кабак заходишь, смотришь, там кругом одни девки за столами сидят. То есть, даже у девчонок есть деньги на то, чтобы сходить в не самый дешевый кабак, не привлекая для этого никаких мужиков. Ну хватает у всех всего, что же вы себе не можете работу по душе найти? Странно как-то.

М.Ф.: Потому что эта работа обычно у людей на двадцать пятом месте в приоритетах. Потому что, как это, есть такая хорошая поговорка. Мы работаем, чтобы жить, а не живем, чтобы работать! И многие это в культ возвели.

Д.Ю.: О, Боже мой! Я вот другое твердо знаю, что на этой самой работе ты проводишь больше, чем половину жизни. Наверное, хотелось бы эту половину жизни, на что-то, я не знаю, полезное потратить.

М.Ф.: Что-то полезное извлечь…

Д.Ю.: …хотя бы деньги.
 

***

М.Ф.: И еще очень важно: то что сейчас, отличает современный бизнес от того, что было еще десять лет назад. Десять лет назад было безусловное время продуктов. Время продуктов и время как-таковых бизнесов, время ценников можно сказать, время полок, которые эти продукты продавали, если они совсем копеечные.

Сейчас очень многие продукты у людей воспринимаются через героев. Сейчас настало время героев. Китай производит элетромобили, но это никто не знает, знают свои только. Все знают Теслу, а Теслу знают, как продукт Илона Маска. Facebook все знают, как продукт Цукерберга, то есть Цукерберг и Facebook — это близнецы-братья. Продукты начинают воспринимать через самих бизнесменов, поэтому еще один современный тренд развития бизнеса — это прокачка владельца бизнеса как героя.

У нас в России тоже хороших примеров очень много, но есть и плохие примеры. Как вот Довгань, который свое лицо лепил не понятно, на что, и на водку, и на пельмени и бог знает на что ещё. И при этом особо-то ни за что не отвечал, то есть просто торговал, вот этой вот медалькой со своим изображением.

Сейчас немножко другие времена. Вот, например, Тиньков молодец, серийный предприниматель: раскрутил пельмени — продал, пиво раскрутил — снова продал, а теперь в видные банкиры заделался. Или там Овчинников, который на инвесторские бабки «Додо Пиццу» поднимает. Появилась категория предпринимателей, которые делают ставку именно на прокачку своего лица.

Д.Ю.: (указывает на себя)

М.Ф.: Ну ты не предприниматель, извини!

Д.Ю.: Почему?

М.Ф.: Ты журналист и медийная личность,

Д.Ю.: Это тебе так не кажется.

М.Ф.: У тебя что, есть маленький свечной заводик?

Д.Ю.: И не один…

***

М.Ф.: Вот еще, вспомнил интересную новость! Недавно новость проскочила, что, Джеф Безос, владелец и основной акционер Amazon запретил у себя сотрудникам пользоваться PowerPoint презентациями на встречах.

Д.Ю.: И каков результат?

М.Ф.: Эффективность выросла на двадцать пять процентов

Д.Ю.: Однако!  А в чем причина? Чем же так вредят презентации? Способом изготовления или чем?

М.Ф.: Проблема заключается в том, что многие процессы в современных компаниях — это процессы ради самих процессов. Но денег стало меньше, поэтому это все больнее и больнее любая не приносящая денег ерунда сказывается на бизнесе. Презентации просто превратились в своего рода искусство, то есть люди сидят, делают эти презентации, рисуют красивые слайды ради красоты. Есть даже платная бизнес-школа создания PowerPoint презентаций!

А на самом деле, для чего нужна презентация? Ты берешь факты, такие жесткие, цифры какие-то там, не знаю, объемы рынка, твои достижения по продажам, финансовые результаты — и упаковываешь их в визуально понятный вид, с графиками и диаграммами. Потому что визуально просто воспринимать проще, чем когда ты сидишь и какие-то черно-белые бесконечные таблички разглядываешь.

В этом изначально была идея презентации. А сейчас идея презентации уже сама себя дискредитировала, красивая презентация превратилась в самоцель. В начале менеджеры сидят и долго-долго-долго их пилят, и размазывая вот таким тонким слоем эти самые факты по большому количеству слайдов, добавляют рюшечки, выдраивают оформление. Цифр две, слайдов десять, смысла — ноль. Потом сидят и друг перед другом этими презентациями хвастаются. Еще потом в Инстаграмчике сторис лепят: «Вот, смотрите, у нас сегодня был совет директоров, вот какие мы красивые презентации показывали!».

И это уже само собой разумеющееся, люди уже забыли, какой был смысл изначально заложен в PowerPoint. Для чего этот инструмент был придуман. То есть, презентации, вот все эти митинги они превратились в самоцель уже.

Я вообще презентации делаю клиентам вообще минималистичные. Уродливые, с кучей цифр, без дизайна вообще. Когда ко мне приходит подрядчик и начинает показывать презентацию, где я вижу красивые-прекрасивые слайды, я сразу думаю: «Таак, понятно, до хера времени на это потратили, дизайнерам заплатили, менеджеры это делали. Вопрос, а за чей счет эти затраты?». Ну если человек приходит ко мне, понятно, что за банкет плачу тоже я. Из тех денег, которые я подрядчику заплачу, будет оплачена вот эта красивая шелуха, которую мне сейчас демонстрируют.

И видишь, даже Безос это уже понял, хотя у него огромная корпорация и на Западе вообще трепетно относятся ко всему этому пафосу. Бизнесмены новой формации умеют считать деньги. Это новый тренд — все должно сократиться опять до уровня простых табличек, простых документов. Не на бумаге, конечно, печатать, но вот эта красивая глянцевая шелуха совершенно утратила уже ту ценность, которой она обладала раньше. Это тоже некое изменение инструментария бизнеса, которое произошло за последние годы. И, как видишь, не только в санкционной России, но и на загнивающем Западе.

Д.Ю.: Вот, например, когда я общаюсь с публикой, я про другое говорю, но примерно с тем же смыло. А они мне все время говорят: «Дима! Все, что ты рассказываешь, это безумно интересно. А делать что?». Давай как-нибудь озадачься заехать и рассказать, что же этому юному, любознательному бизнесмену-предпринимателю делать-то. Куда бежать? Если ты говоришь, что вот эти вот, ну, неважнецкие парни, учат не тому, чему надо. Куда бежать учиться?

М.Ф.: Знаешь, это вопрос очень сложный. Это философская уже тема… Учиться надо с детства. И учить своих детей. Прививать элементарные навыки коммуникаций с людьми. Уметь отвечать за свои слова! Ты не представляешь, какая проблема, что люди не умеют отвечать за свои слова. У меня отдельный пост был, посвященный теме «бабской» логики. «Бабская» логика не имеет отношения к феминизму, борьбе за половое равенство, за гендерное равенство. Большинство носителей «бабской» логики, которых я встречал — это взрослые мужики, которые просто мыслят и поступают, как истеричные бабы.

Люди стали по-другому общаться, вот девяностые в этом плане были очень хорошим временем. Я успел их застать, меня очень внимательно учили выбирать выражения, когда ты кому-то что-то рассказываешь, кому-то что-то советуешь или не дай бог, что-то обещаешь. Не вырывать из контекста, не использовать приемы художественных преувеличений, не додумывать до собеседника и не рассчитывать, что он в твоих словах угадает и правильно поймёт скрытые смысла.

Поколение миллениалов, которым сейчас по 25-30, они даже не понимают, что происходит и как вообще можно так жить, как живу я. Ну, банальный пример, вот сегодня у нас во внутреннем конторском чатике обкашливались внутренние конторские вопросики. Выходит молодой человек и говорит: «Мне не нравится, как мы оцениваем аудиторию этого вот клиента. Мы её оцениваем неправильно!». Я говорю: «А что ты предлагаешь?». На что следует такой пассаж: «Ну а что мне вам предлагать? Все равно же никто не оценит, что я предлагаю!». Вот реально захотелось просто ударить человека ножкой стула по голове. Потому что это просто какой-то бред! Так отвечает истеричная женщина, незрелая. Если ты открыл рот и говоришь: «Это неправильно!» — скажи, как правильно. Если ты не готов говорить, что делать, сиди, засунь свой язык в свою молодую жопу и просто не говори ничего.

И вот в бизнесе таких вещей в ежедневных коммуникациях между сотрудниками становится какое-то огромное количество

М.Ф.: Происходит какой-то процесс, единичный. Но человеку надо нагнать драмы, ему скучно. Как если я тебе заявлю вдруг: «Вот вечно ты мне, Дим Юрич, в стакан воду наливаешь!». Ты говоришь: «Да я тебе в стакан воду наливаю раз в три месяца, когда ты сюда приходишь». А я тебе «Ой, всё! Чего с тобой спорить». И вроде как я за что-то на тебя обиделся, и у меня позиция сильная, а у тебя — слабая, оправдывающаяся. Хотя ничего ровным счетом не произошло.

М.Ф.: Или к вопросу о бухгалтерии. Сообщает мне бухгалтер: «Нам они перечислили больше, чем должны». Я говорю: «Я не понимаю слова «больше», «меньше», «много», «мало»…»

Д.Ю.: Сколько?!

М.Ф.: Именно! Деньги исчисляемы количеством, можно мне сказать, сколько денег, сколько нам были должны, и насколько больше перечислили, и сколько в результате получилось».

Вот эти внутренние инструкции по коммуникациям — тот самый Кайдзен, который я у себя внедряю. Первое, чему я учу людей — нормально общаться. Без вот этих вот художественных преувеличений, без рассеянности, без юродствования. Тоже, кстати, популярный приём — когда обсуждаешь с человеком его косяки, и он вместо того, чтобы признать ошибку и вместе с тобой искать его решение, говорит: «Ну, что тебе говорить, ты же понимаешь, ну я же тут полная дура, что со мной разговаривать?!».

Вот ты не представляешь, какое количество в компании, даже в моей, где работает тридцать человек, с аутсорсерами пятьдесят. Какое количество времени в моем микробизнесе отнимают ежедневно вот эти вот неэффективные коммуникации. Я «железной рукой», просто «каленым железом» выжигаю в людях неумение коммуницировать правильно.

Потому что на этом этапе теряется огромное количество времени. Там, где можно было вопрос решить двумя электронными письмами, там такая вот целая стопка их формируется. В начале мы обсуждаем проблему, потом мы обсуждаем, кто обиделся. Кто обиделся, почему обиделся, кто виноват. То есть, знаешь, как drama queen, есть такой термин, это когда из пустяковых вещей раздувается скандал, потому что дела делать скучно. Человеку важно не что ты сказал, а «как».

Д.Ю.: А в тексте не видно, как ты это сказал, в буковках нет эмоций, сам понимаешь.

М.Ф.: В семейной жизни, это может быть и важно, эмоциями делиться. Но только когда ты бизнесом занимаешься, эмоции должны быть выключены. Когда ты сидишь на работе, работаешь с людьми, тебе надо фокусироваться на результате — что ты хочешь сделать? А не на то, как ты к этому идешь и кто что об этом подумает, и кто какими словами тебе об этом сказал.

Д.Ю.: Как известная такая картинка: «Ты что надулась?», «А я думала, что ты мне изменяешь, и в это время ты чихнул».

М.Ф.: Нет, я другую шутку знаю. «Попробуй догадайся, на что я сейчас обиделась!».

Возвращаясь к Кайдзену: если ты хочешь менять свой бизнес, нужно менять всё глобально. Во-первых, не бояться идти в самый низ, вот в самую-самую гущу, начиная с уборщицы. Проверь как твоя уборщица работает, когда она убирает офис. Или поставь человека, если у тебя уже не хватает сил, не хватает энергии, потому ты уже старый, уже пузатый, уже хочется отдыхать на курорте в Каннах. Поставь человека, который будет достаточно энергичным, с «голодными» глазами и будет ходить, и везде тыкаться.

Знаешь, как система контроля в отелях работает, когда там приходит человек, смотрит в унитаз, там есть грязь или нет грязи. Идет в мужской туалет смотрит, в женский, идет, там не знаю, смотрит… И все недочеты записывает. А дальше все очень просто, людей надо воспитывать каждый день. Один раз предупредил, если человек не понимает и в следующий раз опять грязно — гони на хер уборщицу. Если вторая придет такая же, один раз предупредил начальника АХО, второй раз увидел грязь — начальника АХО пинком под зад.

Но есть другой момент, ты должен иметь и кнут, и пряник. Кнут работает так: чтобы не зарыться в слежку за уборщицами, оставив свою реальную работу, применяешь точечный контроль. Идешь и контролируешь разные вещи, разные технологические цепочки. Если видишь, что где-то что-то непонятное происходит — путается, сбивается, есть явные признаки плохого, неправильного, неэффективного процесса — ты начинаешь вглубь лезть, смотришь внимательно, отчего все не так, как должно быть. Находишь вот этот вот гнойник, вырезаешь. Один раз предупреждаешь, второй раз штрафуешь, на третий раз выгоняешь. Ну, либо сразу на второй раз выгоняешь.

Но для того, чтобы люди тряслись за свою работу, нужен и пряник — им надо нормальные деньги платить. Я не говорю переплачивать, потому что люди ко всему привыкают, когда ты начинаешь человеку платить, там, не знаю, в три раза больше, чем он стоит. Он через три месяца…

Д.Ю.: В три раза больше он работать не будет.
М.Ф.: Да. Он уже через месяц начинает понимать, что он действительно, наверное, столько стоит, если ему столько платят. А значит можно работать по-старому, или даже меньше — отдыхать-то заслуженному человеку тоже важно!

Я, может быть, не на сто процентов объективен, потому что я все-таки смотрю на производство, где основным компонентом являются люди. То есть, мое производство оно на людях строится. Мои средства производства — живые люди. Они мой капитал, они моё всё.

Допустим, есть у меня люди, работающие из регионов, и они получают хорошие московские зарплаты. Мне не жалко, я не стремлюсь увести в регионы производство для того, чтобы сэкономить. Я и стремлюсь увести производство в регионы, потому что там более ответственные люди. Чтобы они за эту зарплату тряслись и боялись ее потерять. Но я при этом их контролирую. Я не стесняюсь опускаться на самый-самый низ и смотреть, как работает уборщица, как работает курьер, как работает, не знаю, начальник АХО. Мне все это интересно, я стою в переписке по огромному количеству процессов.

Если я вижу, что кто-нибудь неэффективно общается, я прихожу к начальнику департамента и говорю: «Так, я в твоем отделе видел, что кто-то с кем-то обсуждает не то, как сделать правильно производственную штуку, не то, как сделать правильно продукт, а решает, кто на кого обиделся. Ну-ка быстро пойди и разберись. Всех собери, и на этом примере всем расскажи, что больше так делать нельзя. Еще раз повторится, штраф, третий раз — выгоняем!»

Д.Ю.: Помню, как-то раз я пришел в одну контору, где была начальница, а с ней трое дам-подчиненных. И сели за стол, я с одной стороны, четверо с другой стороны. Общаюсь с начальницей. Я начальницу о чем-нибудь спрошу, а она, значит, спрашивает подчиненную, а подчиненная ей отвечает, и туда-сюда. И что-то такое странное происходит, я никак понять не могу. Минут через десять до меня дошло, что подчиненные, все три, ни одна друг с другом не разговаривает. Они говорят начальнице, а та пересказывает той, которой адресованы слова. Представляешь, безумие какое! Вот как у людей бывает и так! Контора та, само собой, давно развалилась.

М.Ф.: Ты знаешь, в этом деле я давно уже понял, вспоминая слова нашего незабвенного Иосифа Виссарионовича Сталина «Кадры решают все!»

Д.Ю.: Согласен.

М.Ф.: И этот вопрос в современном бизнесе сейчас еще более остро встаёт, потому что если раньше, в девяностые годы, была гигантская маржа. Которая любую неэффективность, любую внутреннюю коррупцию покрывала…

Д.Ю.: Наплевать, да!

М.Ф.: Маржа любое распиздяйство покрывала с лихвой, и тебе все равно оставалось что-то. Даже если у тебя все кругом воровали, все равно по пищевой цепочке что-то до тебя доходило. Если ты кругом терял деньги, все равно, маржа была настолько гигантская, что тебе хватало, чтобы на виллу в Каннах накопить и внуков обеспечить. А теперь ситуация такая, что если у тебя где-то начал загнивать какой-то процесс, эта гниль будет распространяться очень быстро, эффективность упадет до степени, что ты просто перестаешь получать деньги. А ты сидишь и не понимаешь почему. Люди то болеют, то отваливаются, то рожают, то умирают, то снова воскресают и снова умирают. Естественно, что тут никакое тебе эффективное производство тебе не поможет.

Д.Ю.: Ну да, это значит, что никто не смотрит.

М.Ф.: Но проблема в людях, потому что, проблема в менеджменте в головах у этих людей. И ничего не будет, пока владелец со своего Олимпа не спустится, не начнет эти Авгиевы конюшни чистить. Или не найдет под это дело надежного человека. Но надо понимать, что человек тебе поможет только в том случае, если он будет этот бизнес как родной воспринимать.

Д.Ю.: А то и себе его забрать захочет…

М.Ф.: С наемными управляющими обычно другие риски, куда более тривиальные. У меня есть очень хороший пример. Человек работал-работал в крупной конторе. Никакого Кайдзена и бережливого производства не было, никаких явных прорывов и падений не было. Ну как-то потихоньку сидел и делал свое дело, чтобы его собственники особо не трогали. А когда бизнес стал тормозиться, жареным запахло — человек просто переключился в режим «отсоса бабла». Он понял, что все вот-вот загнется, и он как пиявка присосался и начал как можно больше денег оттягивать себе лично. Подушку безопасности себе формировать. А владелец в своем комфорте настолько от дел удалился, что прозевал и бизнес, и наемного топа-упыря, который гибель предприятия только ускорил.

 У меня, кстати очень хороший пример есть, потрясающий пример. Время уже пришло его рассказать. Была такая компания Rover Computers.

Д.Ю.: Очень крупная!

М.Ф.: Один из IT-лидеров в России девяностых. Они много чем занимались, от коммуникаторов до ноутбуков, и у них была розничная сеть «Белый ветер», которая от них потом отделилась и сгинула. Меня в «Ровер» пригласил хозяин этой компании, Сергей Шуняев, такой очень тоже эпатажный тип, про него можно истории рассказывать очень долго, как про Чичваркина. Харизматичный, интересный. Рок-музыкой увлекался, концерты организовывал, на «харлеях» гонял...

Так вот Шуняев меня пригласил после того, как я E-Ten сделал брендом номер один смартфонов в России. В начале нулевых, еще когда айфона еще не было. В тот момент лидером рынка во всем мире был HTC, а в России лидером был E-Ten, которым руководил я. После того, как E-Ten выкупил Acer, Шуняев меня позвал к себе в «Ровер», поднимать направление смартфонов. Знаешь, очень интересный бизнес. Человек построил всё на том, что он завозил коммуникатор-комплекты, то есть коммуникаторы в разборе, таможил их в кубометрах, как запчасти, налоги платил с кубометра.

Д.Ю.: И тут собирал.

М.Ф.: Да, во Владимирской области, в городе Александров, собирал, просто винтики закручивал. Ну как автомашины раньше собирали из машино-комплектов. Таможил очень дешево, ну прямо вообще дешево. То есть, условно говоря,  коммуникатор, который, по-моему, двести двадцать долларов стоил, у него таможня, сервис, пошлина, страховка, логистика, и все-все-все обходились доллара в два. Процентов в десять, потому что НДС тогда был пятнадцать-шестнадцать-восемнадцать, не помню. А у него тут все, включая логистику, страхование, и все-все-все, в десять выходило. Понимаешь? То есть безумно прибыльный бизнес, маржа дикая. Чуть ли там не пятьдесят процентов была маржа.

Но там была одна проблема. Я пришел, и как бы я, такой молодой мальчик амбициозный, я же привык, что я все с нуля поднимаю, сейчас я здесь все посмотрю. Прихожу в сервисный отдел. Очень много брака, брак не ремонтируется, долги перед сервисными центрами просто огромные, колоссальные, десятки тысяч долларов. На тот момент были огромные деньги. Прихожу в службу поддержки, служба поддержки завалена просто сообщениями пользователей, при этом начальник службы поддержки раньше одиннадцати утра на работу не приходит. В два-три часа дня у них сабантуй, они то день металлурга отмечают, то день рождения, то день женитьбы, то поминки какие-то. То есть каждый день какие-то застолья.

Д.Ю.: Прекрасно проводят время!

М.Ф.: В пять часов там уже все закрыто, в одиннадцать приходят…

Д.Ю.: Знакомо все, да.
М.Ф.: Да. И притом все завалено просто, начальник службы поддержки в слове «ещё» делает четыре ошибки. Как Екатерина Вторая, «исчо» пишет, то есть с русским языком вообще не дружит. Дальше смотрю — деньги отпускаются вообще без всякого контроля. То есть коммерческий директор достает из сейфа деньги, и просто кому попало и как попало их раздает, и даже никуда не записывает.

В какой-то момент, значит, мы едем на выставку, все вдруг полетели бизнес классом, стали жить в пятизвездочном отеле. Я говорю: «Ребята, а ничего, что у нас денег на сервис, оборотки не хватает сервисам заплатить, чтобы наши коммуникаторы чинили?». В итоге меня услышали и я один полетел эконом-классом жить в двухзвездочном хостеле (остальным ничего менять не стали).

В какой-то момент, значит, у нас была какая-то большая программа с Microsoft, надо было в рознице продавать новую модель с новой операционной системой. Курьер поехал за коробками на склад, чтобы отвезти на точку, где проходила большая презентация. Приехал, увидел две коробки. Обе в машину не влезут. Он развернулся и уехал обратно. Через два часа мне звонит точка: «Где коробки? Коробок нет!». Я говорю курьеру: «Какого хрена?», а он говорит: «А я приехал, увидел, что они большие и уехал». «Долбоеб! А почему ты мне не позвонил? А почему ты одну коробку не взял?». Ну я давай на него орать!

Потом прибежал начальник службы безопасности, говорит: «Что вы на него орете? Вы сколько здесь работаете?», я говорю: «Три месяца» «А он десять лет!». Оказалось, это его двоюродный брат.

Д.Ю.: Я сразу догадался.

М.Ф.: Как-то прихожу на работу, сидит, значит, жена моего начальника, Сереги Шуняева и обнимается, значит с женщиной из отдела поддержки. Я спрашиваю: «А чего это они обнимаются?» «Так они школьные подруги!».

Все друзья, все знакомые, все друг другу братья, прямо клубок, змеючник! И кого ни тронь, обязательно на какую-нибудь фигуру наступишь. При этом каждый себе в карман работает. Вот реально, в кого ни плюнь, везде видно, что денюжки утекают, утекают.

Д.Ю.: Класс, картина знакомая

М.Ф.: Самое интересное. Сережа Шуняев в какой-то момент меня вызвал и говорит: «Ты знаешь, ко мне за три месяца твоей работы практически вся компания пришла и все на тебя показали пальцем и сказали, что работать с этим чудаком на букву «М» отказываются. Ты понимаешь, что ты против себя всех настроил?». Я говорю: «Серег, а ты понимаешь, что бизнес очень быстро потеряешь, что это все просто какой-то коррупционный клубок?»

Д.Ю.: Междусобойчик.

М.Ф.: Междусобойчик! «Вы тут все друг другу друзья, братья и знакомые. И тут каждый себе в карман тянет. Здесь никто не думает ни о продукте, ни о сервисе, ни об улучшениях, ни о функциональности, ни о бизнес-процессах. Каждый думает о том, как наворовать себе больше денег!»

Д.Ю.: Чем закончилось?

М.Ф.: Естественно, контора развалилась, буквально в течении года после моего ухода, или может быть два года протянула. Серега сейчас живет на южном берегу Франции, в Ницце, человек себе заработал уже денег достаточно. Потому что там маржа была такая огромная, что даже в условиях этой абсолютно коррумпированной, прогнившей просто насквозь конторы они умудрялись свое добро дешево таможить и продавать в «Евросеть». Тоже, наверное, кто-то кому-то чего-то заносил и с кем-то делился. Конкретно с «Евросетью» точно говорить не могу, свечку не держал. Но вообще сети откатов заносили, деньги чемоданами таскали. И все это как бы нормально работало. А потом условия поменялись, потом эту таможенную лавочку, я так понял, прикрыли, бешенная маржа перестала капать. А эффективности, чтобы честно на рынке выживать, у компании нет, никто о ней не думал. Продукта нет, брака полно, сети возвращают брак и деньги обратно требуют.

Естественно люди начали соревноваться, кто больше себе утащит, пока корабль не потонул. Кто больше бабла себе в карман положит. Человек, который туда пришел на должность кассира, через год стал коммерческим директором, заработал себето ли на трехкомнатную, то ли на пятикомнатную квартиру в Москве. С зарплатой кассира, а потом коммерческого директора. А когда «Ровер» развалился, человек пошел свой бизнес открывать уже на свои деньги, с оборотами в сотни тысяч долларов.

Д.Ю.: Неплохо!

М.Ф.: Внимание, вопрос: сейчас такой бизнес выживет?

Д.Ю.: Нет

М.Ф.: И я уверен, что не выживет
 

***

Д.Ю.: Ну что сказать, приходи еще Михаил! Живость, бодрость впечатляют.

М.Ф.: Ты знаешь, сегодня мы что-то вообще отклонились от темы хайпа, потому что у меня было тут и про Гуфа, Тимоти и Собянина, было ещё очень много про что, а проговорили про то, как вообще бизнес трансформируется в современных реалиях.

Д.Ю.: Полезно, очень полезно, я знаю, для многих полезно, да. Про что в следующий раз?

М.Ф.: В следующий раз про что-то более веселое. Сегодня у нас нудная лекция была, прям мои бизнес боли.

Д.Ю.: Мне понравилось. И Дементий не спал, между прочим, а это верный признак хорошей темы. Спасибо Михаил, заходи еще!

М.Ф.: До новых встреч!

 


Посты, которые упоминаются в этом видео:

Примеры бизнеса будущего: три новых сервиса, с которых стоит брать пример

Разберись с Инстаграм без инфоцыган. Самый большой и подробный бесплатный гайд для бизнеса

В зону комфорта вошёл — по миру пошёл!

11 признаков того, что вы становитесь отвратительным старым козлом

Прошлые разведопросы:

О природе хайпа. Кто зарабатывает на скандалах?

Злость и маркетинг — большое интервью о рекламе и digital

Кейс: «Как правильно становиться лидером рынка» с комментариями участника

Лучший подарок от худшего злопыхателя — статья с набросом говна на вентилятор на меня, подробно раскрывающая один из лучших кейсов за 12 лет работы агентства. Внимание! Мат и говно рекой!

Любит наш народ всякое... PR

Пост, датируемый 2012 годом. Впервые опубликовано от лица ешё Марины Рожковой на сайте Cossa

АМР працює в Україні

Наша агенція повного циклу – найсучасніша й найефективніша агенція не тільки в Росії та на російськомовному ринку, але й на теренах України